В этом году Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе улыбнулась удача: появилась новая тема для обсуждения. К традиционным Нагорному Карабаху, Южной Осетии, Приднестровью и Донбассу прибавился инцидент в Керченском проливе. Никто не упустил возможности осудить «агрессию России», а делегаты вторили друг другу, призывая разрешить конфликт как можно скорее. О чем еще говорили на заседании Совета министров иностранных дел ОБСЕ в Милане, которое посетил глава российского МИД Сергей Лавров, рассказывает корреспондент «Ленты.ру».

Здание миланского конференц-центра MiCo Milano Congressi, в котором в этом году прошел саммит глав МИД 57 стран-участников крупнейшей в мире региональной организации, занимающейся вопросами безопасности, — блестящий в прямом смысле слова образец современной архитектуры. Он похож не то на комету, стремящуюся в неизвестность, не то на поток бурных вод, а окружен тихим жилым районом и стройкой. Потемкинских деревень итальянские власти в преддверии СМИД строить не стали: улицы не выметены, граффити со стен не стерты.

Гостей у входа встречает хозяин форума. Для Энцо Моаверо-Миланези это дебют, итальянский МИД он возглавил только этим летом. Выглядит он уверенно, невысокого роста, улыбчивый, крепко жмет руки и провожает внутрь. Глава российского дипломатического ведомства Сергей Лавров с коллегой виделся недавно — 8 октября они провели переговоры в Москве. Приветствие сдержанное: министры жмут руки, Лавров спрашивает: «Вот это здание?» Итальянец отвечает утвердительно.

Теперь можно «по-взрослому»

Вступительную речь Моаверо-Миланези решил зачитать на итальянском — чтобы «все могли насладиться этим гармоничным языком». По словам министра, ОБСЕ все еще актуальна, хотя совсем недавно в этом были уверены не все. Работа в духе Хельсинкских соглашений — именно то, что должно помочь мировому сообществу выйти из кризиса разобщенности, начать слышать друг друга и работать совместно на благо человечества. «Да, эпоха изменилась, мир больше не живет в условиях холодной войны, однако события последних месяцев заставляют в этом усомниться», — констатировал хозяин мероприятия. По его словам, несмотря на все сложности, организация наконец начинает работать «по-взрослому», «вступает в период зрелости». Он еще несколько раз повторил призывы к диалогу, ответственности и инклюзивности, после чего слово перешло к специальному координатору ОБСЕ Георгию Церетели, который свою позицию выражал куда менее сдержанно.

Хельсинские соглашения — Заключительный акт Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе, заключенный в 1975 году. Тогда страны-участники договорились в том числе о закреплении итогов Второй мировой войны: принципах нерушимости границ, территориальной целостности государств, невмешательства во внутренние дела других государств.

Церетели начал с инцидента в Керченском проливе. Успехов в предотвращении кризисов — нет, стабильности в регионе — нет, куда ни посмотри — везде вызовы: военная сфера, экономика, экология, права человека, отказ стран от международных соглашений, надвигающаяся гонка вооружений. Вспоминает он и слова Джорджа Буша-старшего о том, что современная Европа родилась на окончании холодной войны, а сейчас «вступает в неясные воды», из которых вывести ее может только ОБСЕ.

Церетели в целом задал тон последующих выступлений: министры один за другим критиковали Россию за агрессию в Черном море, требовали отпустить задержанных украинских моряков и вернуться к многостороннему конструктивному диалогу. О европейском единстве вместе с Москвой разговоров не было.

Когда слово дошло до главы российского МИД, тот заявил, что вина за усугубляющийся кризис лежит на «узкой группе стран-шантажистов». «Безоглядное расширение НАТО, наращивание потенциала альянса на «восточном фланге», развертывание противоракетной обороны США в Европе, нелегитимные санкции под выдуманными предлогами — все это привело к кризису доверия в Евроатлантике», — пояснил Лавров. По его словам, именно Запад заморозил и отказывается возобновлять необходимые контакты между военными, политизирует проблемы и занимается «мегафонным», а не профессиональным их разрешением.

Он также напомнил о главных целях ОБСЕ: борьбе с терроризмом, наркопреступностью и преследованием национальных меньшинств. Здесь особое внимание министра было уделено Латвии и Эстонии, где, по словам министра, сохраняется «позорный феномен безгражданства». Киеву же напомнили о законах, ведущих к запрету других языков, кроме украинского, во всех сферах жизни. «При этом Киев обещает послабления, но только для языков стран Евросоюза, показывая тем самым, что его цель — дискриминация и, более того, уничтожение русского языка, на котором, напомню, разговаривает большинство граждан Украины», — сказал он.

Ответ прозвучал и на критику соблюдения прав человека российскими властями, правда, весьма оригинальный: Лавров указал на нарушения прав журналистов во Франции, США, Великобритании, на Украине и в странах Прибалтики.

Интриги не вышло

Выступления продолжаются, министры постепенно расходятся по комнатам для двусторонних переговоров. За окном конференц-центра карабинеры и дворники, мирно метущие улицы у соседних жилых зданий. Из кафе в соседнем доме выбегает официант с доставкой еды, мимо ходят папы с колясками. Обычных миланцев саммит, кажется, не очень коснулся. В эти дни итальянцы готовятся праздновать День покровителя города Святого Амвросия, в центре открываются рождественские ярмарки, и ни намека на то, что привычный ритм города хоть как-то нарушен прибытием высокопоставленных гостей.

Первая для российской делегации «двусторонка» — с Высоким представителем ЕС по иностранным делам и политике безопасности Федерикой Могерини. Сначала министр проходит мимо зала переговоров и удаляется со словами: «Не сейчас». За ним появляется Могерини и представитель российского дипведомства Мария Захарова. Улыбается, грозит толпящимся журналистам пальцем: «Без провокаций», и тут же выгоняет уже набившихся в комнату репортеров.

Лавров и Могерини Фото: Виталий Белоусов / РИА Новости

Когда глава российского МИД входит в комнату, у журналистов есть 30 секунд, чтобы растолкать коллег и протянуть к столу переговоров руку с диктофоном. Министры успевают обменяться несколькими фразами до того, как Захарова выпроваживает лишних из помещения.

Короткий приветственный разговор стал одной из главных загадок первого дня: над чем смеялись министры, почти никто не расслышал. Даже если бы щелканье затворов камер не было таким громким, эксклюзив из комнаты вынести бы не удалось. «Вы тут были, в соседнем здании, помните?» — обратилась к Лаврову Могерини. Министр ответил, что помнит, как разговаривал здесь с президентом Чехии Милошем Земаном четыре года назад. Все вежливо смеются и продолжают беседовать о европейских кризисах за закрытыми дверями.

Как стало известно чуть позже, разговаривали они на вполне ожидаемые темы: кризис в Керченском проливе и будущее Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности.

В зале пленарного заседания министры все еще по очереди высказывают обеспокоенность вызовами безопасности в Европе, говорят о необходимости преодолеть кризис организации и наладить диалог. Однако помимо общечеловеческих ценностей каждого участника волнует что-то свое — Япония и Южная Корея поднимают вопрос ядерного оружия на Корейском полуострове, Афганистан беспокоят талибы, Иорданию — статус Иерусалима и проблема радикального ислама. Франция и Канада, например, обеспокоились нарушением прав человека и пытками в Чечне. Отрадным было выступление главы МИД Таиланда — единственного представителя организации по вопросам безопасности в регионе по ту сторону земного шара — АСЕАН. Ноппадон Паттама выразил восхищение деятельностью ОБСЕ и уровнем безопасности в Европе: в отличие, пожалуй, почти от всех остальных участников.

Задержанные украинские корабли Кадр: РИА Новости

Особенно жестко в адрес Москвы высказался представитель Соединенных Штатов Уэст Митчелл — помощник госсекретаря Майка Помпео по делам Европы и Азии, которого тот отправил в Милан вместо себя. Митчелл известен своей критичной по отношению к России позицией, поэтому его приезд сам по себе обозначил настрой Штатов довольно четко. Россию в очередной раз обвинили в пренебрежении принципами организации, агрессии, вмешательстве в дела других государств, наращивании военной мощи и нежелании совместно решать проблемы безопасности. Митчелл также напомнил о том, что США поддерживают участников гражданского общества в России, мол, о них не забыли, а агрессию Кремля, направленную на своих же граждан на Западе, замечают и без ответа ее не оставят.

Слова представителя Вашингтона были вполне ожидаемы: в первый день мероприятия стало известно о готовности США отправить в Черное море военный корабль, чтобы поддержать Украину. Следующие спикеры чуть менее вызывающе продолжили в том же духе. Эстония внезапно вспомнила голодомор, который в США недавно признали геноцидом, и потребовала не допустить подобной гуманитарной катастрофы в Европе.

Участники в зале пленарного заседания продолжили выступать. За предоставленные несколько минут все успевают в очередной раз повторить примерно то же, что было сказано до них. Примечательно, что генсек ОБСЕ, в отличие от многих своих коллег, выступая, не назвал поименно главных нарушителей порядка в Европе. По его словам, фундаментальные принципы организации нарушаются, но кем именно, он не уточнил. Кроме того, в речи Гремингера вообще не была упомянута Россия.

К началу второго пленарного заседания комната для прессы заметно опустела. Практически все оставшиеся либо зевали и смотрели в одну точку, либо сидели в полудреме, сняв наушники с трансляцией происходящего в зале заседаний. Впрочем, надев их в любой момент, ничего удивительно услышать было нельзя. «Стремление к прозрачности военной сферы», «конструктивный диалог», «соблюдение демократии и прав человека», «разрешение кризисной ситуации на Украине», «борьба с ростом киберпреступности»: может показаться, что за исключением некоторых нюансов главы делегаций Черногории и Казахстана могли поменяться докладами, и никто бы не заметил.

Министр иностранных дел Украины Павел Климкин Фото: Luca Bruno / AP

Отсутствие скандалов на саммите компенсировали сами миланцы. Местные полицейские решили взбунтоваться против электронных пропусков, отслеживающих время прихода на работу и ухода с нее, а также против необходимости работать сверхурочно. В день открытия саммита 6 декабря из 300 человек к работе приступили лишь семь, поэтому безопасность в дни мероприятия легла на плечи национальной полиции, военных и карабинеров.

Сотрудничество у вас так себе

Как и ожидалось, итоговую декларацию делегатам принять в очередной раз не удалось. Такое завершение советов министров иностранных дел уже стало традицией: договориться не получается с 2002 года. С такими разными взглядами на сотрудничество, безопасность и нормы международного права — это неудивительно.

Сергей Лавров по итогам мероприятия назвал ситуацию, воцарившуюся на пространстве ОБСЕ, «нездоровой». В заключении он напомнил о том, как у тех, кто выступает за диалог, меняются представления о международном праве. «Понятие международного права все реже используется, — сетовал министр. — Вместо него мы все чаще слышим о «порядках, основанных на правилах»». По его словам, партнеры России подменяют понятия и считают установленное законом право порядками, которые они сами же и меняют.

Напомнил он также и о необходимости восстанавливать разорванные контакты между НАТО и российскими военными, не создавать новые структуры, а попытаться подтвердить те договоренности, которые были достигнуты еще в 1990-е и которые выполнить до сих пор не удалось. В частности, речь зашла о требовании разработать две декларации по борьбе с христиано- и исламофобией, выдвинутые еще в 2004 году в Базеле.

Министр пояснил, что в целом же бесполезной ОБСЕ назвать нельзя: прорывов по урегулированию ситуации в Нагорном Карабахе, Южной Осетии и Приднестровье хоть и не было, но процесс все же идет. Свидетельств его слов найти было непросто. Отдельно остановился он и на антироссийских выпадах, пояснив позицию Москвы: нет доказательств — нет решения вопросов.

«Из наших партнеров буквально клещами пришлось вытягивать доказательства нарушения Россией ДРСМД», — сказал Лавров. Он привел пример — американцы заявляют, что ракета 9М729 из-за своей дальности подпадает под запрет. У Москвы другие данные, но сравнить их с американскими возможности нет — отчеты не предоставляются. По словам министра, цель США — дать самим себе карт-бланш на расторжение еще одного договора — о мерах по дальнейшему сокращению и ограничению стратегических наступательных вооружений (СНВ).

На вопрос о том, не самое ли время освободить арестованных украинских моряков и военные корабли, раз уж все так этого хотят, ответ был коротким — пройдет законный суд, тогда и решим. Бесперспективной была названа и идея главы немецкой дипломатии Хайко Мааса о создании миссии ОБСЕ в Азовском море. Мандат организации действует лишь на сухопутной территории Украины, да и посредников в соблюдении международного права, по мнению Москвы, не требуется.

В общем, сотрудничества в этот раз не получилось, да и с безопасностью вышло не очень. Как отметила российская сторона, не будь в регионе «украинской провокации» — так события в Керченском проливе называет Москва — говорить вообще было бы не о чем. И ничего хорошего для европейской безопасности это, конечно, не несет.

Источник: lenta.ru

  • Опубликовано 8. декабря 2018
  • Автор: admin
  • Категории: новости
Оставить комментарий

Еще нет никаких комментариев.

Добавить комментарий